Одерживая победу за победой, команда «Браун GP» отнюдь не уверена, что титул в ее руках. Чего опасается удачливый дебютант чемпионата мира, объясняет Сергей Зиновьев.

Год назад заявление о том, что в следующем сезоне корону будут делить команды «Браун», «Ред Булл» и «Тойота», вызвало бы у болельщиков «Феррари» и «Мак-Ларена» дружный смех – настолько невероятной казалась такая ситуация. Тем паче что команды «Браун» тогда не было даже в проекте. Да и теперь, после четырехэтапной азиатской кампании, глаз не совсем привык к тому, что с первых позиций стартуют Дженсон Баттон, Себастьян Феттель да Ярно Трулли. Почти нет сомнений, что «Феррари» сезон провалила: три очка в четырех гонках – показатель, типичный для аутсайдеров. «Мак-Ларен» своим поклонникам оставил шанс на более-менее удачный исход сезона – машина не выглядит безнадежной и Льюис Хамильтон без побед, скорее всего, не останется. Но в любом случае перемены просто колоссальные, и они проливают свет на некоторые проблемы и секреты современной формулы 1.

МОТОР НИЧЕГО НЕ РЕШАЕТ

В 2010-м грядет переход на одинаковые моторы «Косворт» (и два унифицированных варианта трансмиссий), задуманный с целью сокращения расходов. Те, кто не доверяет надежности «Косворта», могут строить идентичный двигатель самостоятельно – по предоставленным чертежам. Год назад команды-лидеры категорически возражали, «Феррари» даже грозила уходом из чемпионата: «Это лишит наш спорт должной мотивации и смысла – ведь он базируется на спортивной и технологической конкуренции». Многие десятилетия считалось, что выдающиеся показатели мощности и крутящего момента если не гарантия, то основа успеха в чемпионате мира. Инженеры упорно совершенствовали моторы, бились за каждый киловатт. И наращивали бы мощность и обороты дальше, если бы не прямой запрет на разработку и какую-либо доработку. Нехватка по сравнению с конкурентами полусотни лошадиных сил, казалось, обрекает команду на бесславное прозябание.

И невзрачные выступления «Рено» и «Хонды» вроде бы это подтверждали. Сезон-2009 перевернул представления о значимости двигателей. «Рено» поставляет моторы для «Ред Булла» – и проигрывает «Ред Буллу» секунду с круга. «Брауны» и «мак-ларены» оснащены абсолютно одинаковыми «мерседесами», но какова разница в скорости! Вывод: самые мощные моторы бессильны вытянуть на подиум машину, у которой нелады с аэродинамикой и/или общим балансом. У «БМВ Заубер» силовой агрегат, по слухам, был и остается одним из лучших. Где же череда побед? Но еще более яркий пример – весенняя «Феррари». Год назад Фелипе Масса едва не стал чемпионом, а в апрельских гонках был просто беспомощным, хотя двигатель остался прежний. Может, и правда пришло время всем поставить одинаковые…

ЗАЧЕМ ВНЕДРИЛИ KERS

Официальная версия: система рекуперации кинетической энергии нужна, чтобы гонки стали более зрелищными. Кратковременное увеличение мощности упростит обгоны, а именно их жаждут зрители. Побочный эффект, о котором много говорил президент ФИА Макс Мосли, – рождение в формуле 1 новых технологий, которые затем перекочуют на серийные автомобили. В частности, он ждет, что команды изобретут батареи нового поколения – более емкие и при этом менее тяжелые. У литий-ионных батарей, применяемых сегодня, есть большой недостаток – склонность к перегреву, тогда как нежелателен даже просто нагрев. Отчасти из-за этого лишь немногие команды решились использовать KERS, хотя разработкой занимались все. Но главная причина массового скептицизма – от новинки нет ощутимой пользы. «Браун» и «Ред Булл» чудесно побеждают без всяких KERS. В Малайзии, где гонка шла под дождем, обгоны исчислялись десятками, хотя всего три машины ехали с KERS на борту.

В засушливом Бахрейне те, у кого система была установлена, использовали ее отнюдь не для обгонов – для отражения атак! Немудрено, что большинство команд негативно относится к самой идее KERS. И даже «БМВ Заубер» (она с самого начала голосовала «за», а остальные были против) использует ее не в каждой гонке. «Великий смысл» KERS, таким образом, неясен – особенно в этом году, когда чемпионат сам по себе идет по непредсказуемому сценарию. И в суждениях Макса Мосли, возможно, кроется противоречие. Он обвиняет команды в неразум­ных тратах и призывает к уменьшению расходов: «Дюжину моторов в год убивают только на испытаниях трансмиссии, а потом жалуются, что на создание KERS нет денег!». Но забывает, что в годину кризиса многие команды сократили не только объемы работ, но и персонал.

КТО ПОБЕДИТ?

Не торопитесь выкрикнуть: «Дженсон Баттон!» Все не столь очевидно. Да, «Браун» выиграла три гонки из первых четырех, но дальше ей будет не так легко. Прежде всего, из-за скромного бюджета команда вынужденно затягивает пояс: после первой победы объявили, что из 700 работников свое место сохранят лишь 430. Разумеется, это скажется на темпе и глубине модернизации машины по ходу сезона – процесс наверняка пойдет медленнее, чем у богатых команд. А во-вторых, явный лидер порождает у соперников особую мотивацию.

Об этом беспокоится и сам Баттон: «Почти все конкуренты на первой европейской гонке представят машины с новой аэродинамикой. Сейчас наши главные соперники – «Ред Булл» и «Тойота». Но я даже примерно не знаю, и, думаю, сейчас этого никто не знает, каков будет расклад сил к лету. Чемпионат длинный, поэтому наша стратегия – завоевать как можно больше очков, пока мы самые быстрые».