Быстрая езда увлекала всегда, задолго до появления автомобилей. Когда же люди научились фиксировать скорость, развернулась погоня за рекордами. О самых первых и самых свежих – рассказ Алексея Воробьева-Обухова.

Со столетним юбилеем! 8 ноября 1909 года на бетонной дорожке в британском Брукленде был преодолен рубеж в 200 км/ч. Автомобиль «Блитцен-Бенц» оправдал свое название (нем. Blitz – молния): пилот Виктор Хемери установил на нем сразу пять мировых рекордов. При старте с хода он развил на дистанции в полмили скорость 205,666 км/ч, на километровой – 202,648 км/ч, с места прошел километр за 31,326 с, полмили – за 25,566 с, милю – за 42,268 с. Сегодня эти показатели никого не впечатлят. Но тогда «Блитцен-Бенц» стал самым быстрым не только среди автомобилей, но и среди поездов и даже… самолетов!
Для такого разгона потребовался двигатель мощностью 200 л.с. Конечно, сегодня у машин, разгоняющихся за двести, «лошадей» под капотом примерно столько же, но оцените, насколько меньше «овса» им нынче требуется: рабочий объем тех четырех цилиндров составлял 21,5 л. Можете представить, сколько сил в нем могло бы быть при современном уровне моторостроения!
Между прочим, за год до рекордного заезда Виктор Хемери пришел первым в гонке «Санкт-Петербург – Москва», так что и россиянам его имя не чуждо. Трагична судьба этого выдающегося человека: от безысходной нищеты уже в преклонном возрасте он покончил с собой. А ведь век назад его достижение в Брукленде дало начало гонке за рекордами скорости: в 1911 году на соляной поверхности в Дэйтона-Бич (США) Боб Барман сумел разогнать «молнию» до 228,1 км/ч. И это достижение пало лишь через восемь лет.
Сегодня рекорд для аппаратов, движущихся на колесах по земле, составляет 1227 км/ч. Поэтому цель превысить планку всего-то в 400 миль в час (около 640 км/ч), поставленная командой фанатов скорости из американской тюнинговой фирмы Spectre Performance, может показаться чересчур скромной. Но дело в том, что сверхзвуковой барьер преодолевал не столько автомобиль, сколько ракета. Реактивный двигатель не был механически связан с колесами – они просто катились по гладкому дну высох­шего соляного озера. А вот если попытаться разогнать до шести сотен классический автомобиль с ДВС, возникнут серьезные и порой неожиданные проблемы. В свое время конструкторы «Бугатти», например, столкнулись с тем, что смазка в ШРУСах под действием центробежной силы… разрывала гофрированный чехол уже после 350 км/ч! Да и необходимая мощность на дозвуковых скоростях растет примерно пропорционально кубу скорости, то есть потребуются не сотни, а тысячи лошадиных сил. Впрочем, нынче их можно извлечь из довольно скромного рабочего объема, если не задумываться о ресурсе мотора. Поэтому для трехосного «Спидлайнера» калифорнийские изобретатели взяли «восьмерку» от вполне серийного «Кадиллака», расточили ее до 8668 см³ и наддули двумя турбокомпрессорами диаметром 88 мм каждый. В итоге мотор выдал аж 2000 л.с., и, по расчетам, их должно было хватить для достижения поставленной цели.
Однако 10 октября на соляном озере в штате Юта все пошло не так, как задумывали. Едва машина разогналась до 459 км/ч, как без всяких видимых причин сработала система пожаротушения и все залила пеной. Пришлось ремонтироваться и повторять попытку. В конце концов Кенни Хуверу удалось зафиксировать в Хронометрической ассоциации Южной Калифорнии рекорд: 330,9 мили в час (532,532 км/ч). Это среднеарифметический результат (рекорд, как известно, вычисляют как среднее значение данных двух заездов – в прямом и обратном направлениях), максималка же в одном из зачетных проездов была на 9 миль в час выше.
Создатели «Спидлайнера» не отказались от идеи преодолеть заявленный ими рубеж скорости с круглым числом на спидометре – 400 миль в час, но и поставленный рекорд позволяет считать их болид самым быстрым бензиновым автомобилем на планете.
Круглые числа на спидометрах обладают поистине магической притягательностью. И вот уже фирма STP спонсирует создание болида «Бладхаунд-SSC» (Bloodhound SSC). Буквенный индекс в его названии говорит о сверхзвуковых возможностях реактивного суперкара, а отметка, которую он должен вот-вот покорить, равна 1000 миль в час (умножьте на 1,6 – узнаете, сколько это в километрах). Автору этих строк довелось в Гудвуде, в Великобритании, пощупать макет будущего аппарата-рекордсмена и его уже готовый турбореактивный двигатель. Презентация преследовала и другую цель. Кризис нанес чувствительный удар по финансированию этого амбициозного проекта, и зрителям предлагалось внести пожертвования в размере 20 или 75 фунтов стерлингов за бронзовый или золотой билет в клуб 1К. Членство в нем дает право получать эксклюзивные материалы и участвовать в презентациях, в том числе в ходовых испытаниях. Их, впрочем, еще надо дождаться, а пока познакомимся с обнародованными техническими характеристиками «Бладхаунда». Итак, длина болида – 12,8 м, снаряженная масса – 6422 кг, диаметр колес – 900 мм, а радиус разворота – 120 м! Двигателей будет… три: турбореактивный EJ200 с тягой 90 кН, ракетный в 122 кН и бензиновый V12 мощностью 800 л.с. Зачем еще и бензиновый? Чтобы крутить насос, подающий окислитель.
Знакомых с шинной тематикой, конечно, заинтересует вопрос: какая покрышка выдержит столь бешеную скорость? Отвечаю: никакая. Колеса раскручиваются почти до 10 000 об/мин, и радиальная перегрузка на ободе – 50 000 g. Так что здесь не резиновые – сплошные титановые колеса.
По уверениям разработчиков, «Бладхаунд-SSC» разгонится до 1000 миль в час за 42 с, для рекордного заезда ему хватит 16-километровой дистанции. А потом плавный-плавный разворот – и снова в бой. Получится?

{15}

{16}

{17}

{18}

{19}

{20}