Вспоминаем длинную, но печальную историю первого и последнего в истории ижевского завода серийного автомобиля оригинальной конструкции. Автор Сергей Канунников.

В СССР почти каждый новый автомобиль шел к конвейеру долго и мучительно. Отчасти это компенсировалось в дальнейшем продолжительностью производства и гигантскими тиражами. Но ИЖ‑2126, известный под именами Орбита, Ода, Фабула и Ника, – пожалуй, один из самых (если не самый!) несчастливых советских автомобилей. Суммарный тираж всех модификаций – под 300 тысяч экземпляров, однако для полутора десятков лет производства это не так уж много. А продолжалась вся эта история и вовсе более четырех десятилетий!

От сложного к простому

Как известно, формально конкуренции между производителями, а заодно и проблем со сбытом в СССР не было. Но зависть к более успешным коллегам, обласканным властью (и финансированием), имела место. Вот и работники Ижевского автомобильного всегда в той или иной степени завидовали коллегам, трудившимся на ВАЗе и АЗЛК, – и, в общем-то, небеспричинно.

Ижевский завод в советском автопроме был бедным родственником. Созданный под производство упрощенного варианта Москвича и подчиненный Министерству оборонной промышленности, для которого автомобили были отнюдь не главным делом, а в каком-то смысле даже обузой, Ижмаш с трудом пробивал даже нехитрые модификации Москвича‑412 – знаменитые впоследствии ИЖ‑2125 Комби, фургон ИЖ‑2715 и его варианты. А ведь инженерам хотелось создать свой, оригинальный и желательно еще и передовой автомобиль. И потенциал-то вроде был.

В 1972 году в Ижевске собрали прототип ИЖ‑13 – пятидверный хэтчбек с передним приводом, но максимально унифицированный по узлам и агрегатам с серийным 412‑м Москвичом. Ижевцы надеялись, что такая унификация поможет получить добро верхов.

Строго говоря, ИЖ‑13 первым переднеприводным автомобилем в СССР не был (над подобными конструкциями активно работали и в НАМИ), но неким важным шагом вперед – стал. Несмотря на все попытки заинтересовать машиной верхи, в 1974‑м постановление правительства окончательно закрыло тему переднего привода на ижевских машинах, как бесперспективную, и направило усилия завода на модернизированный автомобиль, который по-прежнему должен был базироваться на узлах Москвича‑412. И в 1975 году появился ИЖ‑19 – хэтчбек классической компоновки с довольно смелым по тем временам дизайном, но максимально унифицированный с серийной моделью. Эту машину можно в определенной мере считать первым робким шагом к ИЖ‑2126. Но до его рождения было еще полтора десятилетия.

ИЖ
Один из ИЖ‑2126, представленных в 1984 году на госиспытания.

Не успела просохнуть краска на прототипе ИЖ‑19, как сверху санкционировали создание на АЗЛК переднеприводного автомобиля, а ижевцам разрешили-таки проектировать новую модель – заднеприводную. Естественная разунификация с московским заводом немного развязала ижевцам руки. Опыта у них было маловато, но этот недостаток компенсировали энергией и энтузиазмом.

Первый прототип ИЖ‑2126Э появился в марте 1977 года. Машина получилась довольно страшненькой, но на этом этапе дизайн как таковой не был в приоритете. Предстояло отработать общую схему просторного пятидверного хэтчбека с совершенно новой для завода передней подвеской McPherson и 14‑дюймовыми колесами. Силовой агрегат остался тот же: вполне приличный по тем временам (и с хорошими перспективами модернизации!) уфимский 412‑й двигатель мощностью 75 л.с. да конструктивно не самая удачная и не самая надежная четырехступенчатая омская коробка передач с капризными тягами.

Практически ежегодно в Ижевске создавали следующий вариант автомобиля. Более гармоничным становился дизайн, доводили до ума ходовую. Переднюю подвеску McPherson сочетали с задней зависимой, но пружинной. Пружины сначала установили перед балкой, однако такая схема оказалась неудачной – и их разместили над ней. Отказались от 14‑дюймовых колес в пользу 13‑дюймовых, зато пришли к вполне современному реечному рулевому механизму. Скобы передних дисковых тормозов унифицировали с перспективными – вазовскими для «восьмерки», бампер – с бампером Москвича‑2141.

Создавая новый автомобиль, ижевцы, конечно, максимально использовали наработки других советских заводов, более счастливых в смысле самостоятельности. А совсем новую коробку передач заполучить так и не удалось. В Омске лишь модернизировали древнюю конструкцию, сделав коробку пятиступенчатой и отказавшись от тяг. В перспективе на ИЖ‑2126 планировали ставить уфимский двигатель с увеличенным до 1,8 литра объемом и даже опытные на тот момент вазовские дизели семейства ВАЗ‑341 (1,5 л) и ВАЗ‑343 (1,8 л).

В 1984 году опытный ИЖ‑2126 вывели на госиспытания. Сравнивали машину ни больше ни меньше как с заднеприводным хэтчбеком Ford Sierra, занявшим в 1983 году второе место в конкурсе «Автомобиль года», и с новой переднеприводной Короллой. В выводах комиссии, рекомендовавшей отечественную новинку в серийное производство, отмечалось, что «по технико-эксплуатационным показателям ИЖ‑2126 находится на уровне зарубежных аналогов». Конструктивно ИЖ действительно был довольно современен, но все-таки в сравнении с Жигулями, а не с Фордом с его независимой задней подвеской. Кроме того, мы-то прекрасно знаем, какова дистанция между опытными образцами, представляемыми на госиспытания, и советскими товарными машинами.

Ни в пир, ни в мир

Первые сто товарных машин ИЖ‑2126 Орбита собрали лишь в 1990 году. До этого несколько образцов успело побывать на фирме Renault. Ее вклад в доводку Орбиты довольно туманен. Обычно поминали дизайн салона, который, к слову, на серийных автомобилях упростили. Новая советская машина, о которой взахлеб писала пресса, стала одним из символов перемен конца 1980‑х – времени надежд и смелых планов. Впрочем, интерес потребителей к Орбите был уже не тот, что вызывала некогда любая советская новинка. В страну пошел поток сильно поезженных, но всё же иномарок, которые неплохо конкурировали с советскими новинками.

IZH
Полным приводом пытались оснащать и пикапы с неофициальным названием Охотник, в том числе вариант с четырехместной кабиной. Но сделали таких машин совсем немного.

А завод тем временем логично старался расширить модельный ряд. Прототипы фургона, грузопассажирского автомобиля на его базе и пикапа с задней рессорной подвеской появились уже в 1986 году, а вскоре – и вполне гармоничный универсал. Но времена наступали всё более нелегкие. Лихорадило уфимский завод, поставлявший в Ижевск моторы объемом 1,7 и 1,8 литра. Основным стал двигатель ВАЗ‑2106 меньшей мощности. Орбиты, качество изготовления которых было далеко не эталонным, продавались не слишком хорошо. Заняться бы в первую очередь доводкой автомобиля, но завод упорно пытался работать на далекую и очень далекую перспективу.

В 1991 году на узлах Орбиты построили семиместный минивэн ИЖ‑042 с каркасным кузовом и навесными кузовными панелями. В 1992‑м сделали Орбиту с гибридной силовой установкой! В паре с двухцилиндровым двигателем Оки работал электродвигатель сарапульского производства. В том же 1992‑м на Орбиту пытались пристроить дизель Perkins.

Всё это, конечно, было очень интересно, но на качестве серийных машин и спросе на них никак не отражалось. Объем производства сократился с почти 190 тысяч выпущенных в 1988 году автомобилей до 8020 машин в 1997‑м. Лишь в 1998 году начали серийный выпуск пикапов ИЖ‑27171, годом позже на конвейер встали фургоны ИЖ‑2717. Да и то с временным, а не специально спроектированным колпаком над кузовом. Эти модели немного оживили спрос. И тут у завода появилась еще одна надежда – полный привод.

Москвич-2141. Что у него общего с зарубежными автомобилями?

Последний шанс

В девяностые увлечение тюнингом российских автомобилей, которые всегда были благодатными объектами для совершенствования, приобрело массовый характер. Ижевская фирма Норма-Авто взялась за ИЖ‑2126 и сделала из него полноприводный автомобиль. К слову, из российских моделей в этом классе в ту пору существовал лишь мелкосерийный вазовский Тарзан.

Первый ИЖ с полным приводом и мотором ВАЗ создали в Ижевске еще в 1995 году. В концепции было заложено два варианта, условно – дорожный и внедорожный. Первый представлял собой автомобиль с передним подрамником и двигателем Hyundai, установленным поперечно (!). Мотор рабочим объемом 1,8 литра развивал вполне внушительные 130 л.с. и работал в паре с коробкой передач от кроссовера Toyota RAV4. Дисковые тормоза всех колес сделали на основе деталей ВАЗ‑2108. Предусмотрели блокировку межосевого дифференциала с места водителя. Максимальная скорость составляла 180 км/ч, а разгон до 100 км/ч занимал 10 секунд. В общем, эдакий аналог Subaru или Audi. Цена такого автомобиля, понятно, была тоже иномарочной.

ИЖ
В 1975 году, на дальних подступах к новому автомобилю, появился ИЖ‑19 с оригинальным кузовом, агрегатами и узлами Москвича‑412.

Вторая версия ИЖ‑2126 4×4 оказалась дешевле, но много проще. На машине продольно стоял силовой агрегат от Нивы: двигатель 1.7 и пятиступенчатая коробка передач. Через короткий промежуточный вал момент шел на оригинальную раздаточную коробку без демультипликатора. Для разгона до 100 км/ч требовалось почти 20 секунд, а максималка едва превышала 130 км/ч. Тем не менее полноприводный ИЖ‑2126-060, как и базовый автомобиль под именем Ода (изменение имени должно было символизировать новый и, конечно, более счастливый этап в жизни модели), был заявлен в 2000 году как серийный автомобиль.

И базовый хэтчбек, и полноприводный рекламировали с карбюраторными вазовскими моторами объемом 1,6 и 1,7 литра. Разумеется, полный привод подходил и пикапу с неофициальным названием Охотник, и универсалу по имени Фабула. Но погоды на рынке такие модификации сделать, конечно же, не могли. Тем более что полноприводный ИЖ с промежуточным валом между коробкой передач и раздаткой унаследовал давно знакомые болячки Нивы – шум и вибрации. Планировали, конечно, усовершенствовать конструкцию, но…

IZH
Первые товарные автомобили оснащали полуторалитровым 72‑сильным двигателем УЗАМ – таким же, как у Москвича‑21412.

Много чего в те годы планировали: и автоматическую коробку передач, и дизели ВАЗ, которые понемногу выпускал уже завод Барнаултрансмаш. Спрос на Орбиты и Фабулы в начале 2000‑х немного вырос, но требуемого для окупа­емости порога так и не достиг.

Через редакцию журнала «За рулем» в свое время прошло не менее пяти разных машин марки ИЖ, в том числе и полноприводная. Впечатления от них были двойственные. Вроде бы нормальный, хоть и дешевый, автомобиль, всё на месте – подвеска McPherson, реечное рулевое, просторный салон, довольно удобная посадка. Но чувствовалась некая недоделанность, дисгармония. Даже по сравнению с вазовской «классикой», не говоря уже о переднеприводных тольяттинских автомобилях.

Официально история Оды (в «девичестве» – Орбита) закончилась 1 июля 2005 года, когда все модификации окончательно сняли с производства. Горьким финалом этой истории несколько лет еще оставался ИЖ‑27175 с задком фургона ИЖ‑2717 и «лицом» ВАЗ‑2104. Грузоподъемность такой версии составляла 575 кг – на 165 кг меньше, чем у родного ижевского фургона. Такой вот прогресс.

Бессмысленно обсуждать, что было бы, если бы… Конечно, в СССР незамысловатая Орбита имела бы спрос – хотя бы потому, что невостребованных автомобилей вовсе не было. Но и в той ситуации покупатели охотнее, думаю, приобретали бы вазовские машины. Слишком много в этом бедном, в муках рожденном пасынке советского автопрома было конструктивных и технологических компромиссов. А уж когда потребитель получил настоящую возможность выбирать, от автомобилей марки ИЖ он практически отвернулся. Не исключено, что лет через пятнадцать-двадцать Орбиты, Оды и Фабулы, особенно самые редкие модификации, заинтересуют коллекционеров. Но это всё, на что может рассчитывать похороненный автомобильный бренд эпохи Леонида Брежнева и министра обороны Дмитрия Устинова.

ЗА РУЛЕМ №07 2019

Жизнь автомобилей СССР в Китае, Корее, на Кубе

Волга ГАЗ-21: между Фордом и Крайслером